18 | 01 | 2018

Наша деятельность

Лекция М. А. Шибаева «Иван III в русских летописях времени его правления»

27 января 2015 г. состоялась лекция заведующего сектором информационного обслуживания Отдела рукописей РНБ, кандидата исторических наук М. А. Шибаева в рамках видеолектория «Знание о России» и была приурочена к 575-летию со дня рождения великого князя Ивана III, правление которого стало основополагающей вехой формирования единого Российского государства.

 

Слушатели лекции – студенты и преподаватели Института истории СПбГУ и Ленинградского государственного университета им. А. С. Пушкина. В режиме видео-конференц-связи к аудитории присоединились слушатели из других городов. Иллюстративное сопровождение лекции подготовлено на материале фондов ОР.

М.А.Шибаев подробно остановился на характеристике русского летописания второй половины XV–XVI вв., отметив, что летописи – это не только памятники общественной мысли, но и юридические документы, выступающие индикаторами общественного развития того или иного региона. Также был поднят вопрос о недостоверности сведений об эпохе Ивана III, представленных в некоторых поздних летописных сводах, таких как Никоновская, Воскресенская летописи или Лицевой летописный свод.

Как отметил М.А. Шибаев, одной из главных проблем изучения летописания XV в. является то, что тексты летописей этого времени дошли до нас преимущественно в поздних списках. Это обуславливает большую долю гипотетичности построений историков, оперирующих понятием летописного свода – протографа, лежащего в основании дошедших до нас летописей. Тем более ценны сохранившиеся до наших дней летописные списки XV в., хотя они, в отличие от Лицевого свода, очень скромны по оформлению.

 

Наиболее древняя ветвь летописания Северо-Восточной Руси – новгородская. Можно утверждать, что ведение летописи в Новгороде Великом происходило при владычной кафедре. В частности, владычное летописание последних лет независимости Новгорода нашло отражение в так называемой летописи Авраамки, доведенной до 1469 г., а также в Строевском и Синодальном списках Новгородской IV летописи (до 1477 г.). Интересно, что Строевский список, а также первая (новгородская) часть летописи Авраамки датируются временем, очень близким к последней дате, зафиксированной в тексте. Это значит, что писцы были едва ли не очевидцами описываемых событий. Отношение к Ивану III в этих летописях достаточно сдержанное, но и не враждебное.

Московское княжество, проявляющее себя как независимый субъект только в XIV в., первоначально не имело епископской кафедры. Этим можно объяснить относительную слабость развития московского летописания в XIV в. В XV в. ситуация меняется в лучшую сторону, хотя у нас нет оснований утверждать, что при московском великокняжеском дворе в первые десятилетия XV в. велась систематически пополняемая летопись. В этой связи показательно, что летописи московского происхождения, сообщая о рождении Ивана III в 1440 г., расходятся в том, кто крестил будущего великого князя – троицкий игумен Зиновий или Питирим, игумен Ростовского Борисоглебского монастыря.

Во второй половине XV в. наблюдается рост интенсивности летописания в московском княжестве. Несомненно, что при Иване III уже постоянно велось летописание, ориентированное на великого князя. Отметим Московский летописный свод 1479–1480 гг. К составлению великокняжеской летописи мог иметь отношение дьяк Стефан Бородатый.

Другую линию московского летописания представляет Летописчик, который вели при храме Рождества Богородицы «на сенях» (храм вплотную примыкал к великокняжеским хоромам). Этот текст отразился в Бальзеровском списке Софийской 1 летописи Младшей редакции, доведенном до событий 1471 г. Интересно отметить, что Бальзеровский список является едва ли не оригиналом пространного произведения о походе на Новгород великого князя Ивана Васильевича.

Текст этого повествования почти наполовину состоит из библейских цитат (что явно свидетельствует об авторе как о человеке из церковных кругов), однако он интересен и с фактологической стороны – прежде всего тем, что подчеркивает роль Марфы Борецкой в сопротивлении Новгорода московскому влиянию. Другой важной чертой этого произведения является его антилатинская направленность, выраженная в обвинении Марфы Борецкой и ее сторонников в стремлении склонить новгородцев к переходу в католичество. В тексте нашли отражение также послания митрополита Филиппа. Вместе с тем, произведение содержит выпады не только против "неисправлений" новгородцев и латинян, но и против Киевского митрополита Григория. Возможно, здесь находим отголоски митрополичьего летописания в Москве в XV в.

См. также на сайте Президентской библиотеки им. Б. Н. Ельцина.

Российская национальная библиотека © 2018